Сюзанна Робертс обнаруживает, что внешность не обязательно такая, какой она кажется в «волшебной Праге».
ДО ПРИЕЗДА В ПРАГУ я слышал, что это самый красивый город в Европе. Друзья чаще всего использовали слово «волшебный». И в первые пару дней я увидела Прагу такой же, как и они - остраненной мощеными улочками, богато украшенными многовековыми зданиями, очаровательными красными трамваями, вырисовывающимися башнями с часами в стиле барокко, шпилями готических соборов, упирающимися в крышу. затянутого облаками неба.
Тем не менее, после пары недель скитаний, натыкаясь на людей, потому что я не смотрел, куда иду, я начал чувствовать захудалость. Плакаты, рекламирующие Darlings, «кабаре», известное карликовой проституткой, которая, по слухам, наряжается Чубаккой или эвоком. Запах мочи на старой городской площади.
Хотя замки Диснейленда смоделированы по образцу пражских, город не был Диснейлендом, и жителям Праги не платили за то, чтобы они улыбались и говорили вам «Добрый день», если вы блуждали в пределах магического метра от них.
Даже нищие стали казаться мне притворно скромными.
Но я видел, как жители Праги могут уставать от туристов. Мне надоели туристы, хотя формально я был одним из них - провел месяц в Праге на летней писательской программе. Для местных жителей я ничем не отличался от немцев с их розовыми рожками мороженого, американцев, кричащих друг другу на своем звонком английском, стай японцев, размахивающих видеокамерами, снимающих Starbucks, спрятанные в здании в стиле барокко, вывеску KFC. перед местом рождения Кафки - оценил бы иронию сам Кафка? Бархатная революция, возможно, и освободила Прагу от коммунистического режима, но город, похоже, перешел непосредственно к туристическому режиму.
«Я хочу этот бутерброд», - кричал и указывал мужчина с электронным гидом на шее. «Разрезать на четыре части». Торопится, потому что снаружи его ждет гид с огромным желтым зонтом.
“Я не могу сократить четыре пути. Всего две штуки. Сделай сам».
“Можно мне воды из-под крана?”
«У нас здесь нет воды из-под крана».
“Здесь нет крана? Что ты имеешь в виду?»
“В бутылках, негазированных или с газом”.
“Хорошо, пошли.”
“Забрать?”
“Идти. Идти. ИДТИ».
Я бы на стороне женщины за прилавком. Я был таким самодовольным со своим репертуаром из пяти чешских слов.
Бархатная революция, возможно, освободила Прагу от коммунистического режима, но город, похоже, перешел непосредственно к туристическому режиму.
Тем не менее, в конце концов, я совершил оплошность в своем путешествии - потерял себя - потому что после месяца жизни на чемоданах разочарование встретило истощение и немного права.
Решила побаловать себя педикюром. Я рассудил, что могу читать для своего писательского мастер-класса, может быть, писать и редактировать, и в то же время делать пальцы ног. Идеальный способ многозадачности. К тому же шел дождь. Снова.
Мужчина в салоне был вьетнамцем. Он жил в Праге три года, так что немного говорил по-чешски и примерно столько же по-английски, сколько я знал чешский. Я думал, что мы договорились о цене до лечения.
Он подстриг мои ногти слишком коротко, а затем ковырял кожу вокруг ногтей своим маленьким металлическим инструментом, пока не пошла кровь на каждом пальце. Когда я снова погрузил ноги в грязную ванну с водой, я надеялся, что мои прививки от гепатита были в силе. Не было ни солевого скраба, ни массажа икр и стоп. Должно быть, он удивился, почему я задрал штаны до колен. Это другое место, рассудил я, решив не быть типичным туристом, который рассчитывает получить все, как дома.
Когда он закончил короткую сессию пыток, он сказал: «Ты получил краску со своим французским педикюром. Стоимость доп. 600 крон».
«Краска идет с французским педикюром», - сказал я. «Это не французский педикюр без краски».
Он только покачал головой. «600 крон плюс чаевые».
Я потянулся к его калькулятору и разделил 600 на 16. «Это 37 долларов. Я не плачу за это 37 долларов».
«Доплата за краску».
«Французский педикюр определяется краской».
«Доплата за краску».
“Ты знаешь слово, обозначающее вор?” - спросил я по-английски.
Он покачал головой.
“Грабитель?”
Больше покачал головой.
“А как насчет воровства? Как насчет мошенника? Теперь я действительно достиг цели. К счастью, таких слов не было в моем чешском репертуаре.
“600. Плюс чаевые».
«Слушай, - сказал я, - у меня 500. Это то, о чем мы договорились. И вот ваш совет. 50. 550, это много. Это много. Даже слишком. И это все, что у меня есть».
Он покачал головой, скрестил руки на груди и «Тск, тск, тск».
Я повернулся на своих 550 кронах и направился к двери. Еще один уродливый американец.
Что он собирался делать? Бежать за мной? Вызовите полицию? Это правда, это были все деньги, которые у меня были, так что я развернул свои 550 крон на цыпочках и направился к двери. Еще один уродливый американец. Я так сильно хотел не быть этим существом, что не мог удержаться от того, чтобы стать. Тем не менее, этот человек обманул меня, не так ли? На самом деле он обращался со мной хуже, чем я с ним.
Когда я возвращался в свою комнату в общежитии под дождем, металлический звон трамваев больше походил на вой, чем на песню, которую я услышал, когда впервые приехал в Прагу. Но стук дождя и воркование голубей вскоре слились воедино, и я понял, что встретил в Праге замечательных людей. Персонал писательской программы в стране не может быть более милым. Тем не менее, снова возникло ощущение Диснейленда: неужели они так добры ко мне только потому, что им за это заплатили? Люди на улицах не были добры ко мне, но опять же, большинство из них были попутчиками-туристами.
Моя подруга Сандра должна была навестить меня в Праге. Перед ее приездом я рассказал ей то же самое об исторической архитектуре города, красивых парках, изящной реке Влтаве. Мне никогда раньше не приходило в голову, что никто никогда не упоминал теплых людей?
Когда приехала Сандра, мы решили посетить замок Вышеград. Мы бродили по территории, чувствуя облегчение от того, что оказались вдали от самих себя, от ужасных туристов, а также от официантов, которые говорили нам, что водопроводной воды нет, что несвежий крендель, который вы считали бесплатным и от которого только что откусили, будет стоить 50 крон.
На обратном пути мы шли мимо реки, лебеди прихорашивались и виляли хвостами. Утята плывут за мамой. Вода, преломляющая вечерний свет. Мы оба хотели продлить это чувство покоя, прежде чем отправиться обратно в туристический центр города. Итак, мы бродили по тихому району и наткнулись на толпу, переполнявшую магазинчик. Все они держали бокалы с белым, розовым и красным вином.
“Должны ли мы войти?” - спросил я.
- Похоже на местное место, - сказала Сандра. «Я уверен, что они не говорят по-английски. Но я думаю, что это дегустация вин. Чешское или не чешское, мы можем устроить дегустацию вин».
Сандра была винным представителем в Штатах, а я работал в индустрии и писал для небольшого винного издания. Это была наша территория, наш терруар. Если вино не могло разрушить языковые и культурные барьеры, то я не был уверен, что что-то сможет. По крайней мере, мы должны были попытаться.
“Слушай, я знаю, как сказать привет, пожалуйста, спасибо, красное вино, белое вино и игристое вино. Мы можем это сделать».
“Хорошо.” Сандра была в игре.
Опять возникло ощущение Диснейленда: неужели они так добры ко мне только потому, что им за это заплатили?
Мы направились прямо к бару, и я не стал останавливаться, чтобы задаться вопросом, что это говорит обо мне, что я могу заказывать вино примерно на 10 языках, но могу вести разговор только на двух.
Толстый лысый мужчина разливал вино из бочек и бутылок за деревянной стойкой. Он посмотрел на нас краем глаза, но ничего с нами не сказал. Я столкнулся с мужчиной рядом со мной, и когда я сказал: «Извините, я имею в виду прощение», он повернулся, чтобы посмотреть на меня, и я узнал его. Как я его узнал? Rolodex моего разума пролистывает возможности. Кого я могу знать в маленьком местном винном магазине в Праге?
«Я тебя знаю», - сказал я. «Ты гм, гм, гм».
Он улыбнулся и сказал: «Гм, гм, гм».
Ролодекс перелистнул нужную запись, и я выпалил: «Ммм. Милош, Милош, проводник. Он провел пешеходную экскурсию, которую я совершил почти месяц назад в свой первый день в Праге.
«Да, очень рад вас видеть», - сказал он.
“Я участвую в летней программе в Праге. Программа письма». Милош руководил многими поездками и известен как лучший гид в Праге. В писательской программе его используют, потому что он специализируется на искусстве, особенно на музыке, которая была темой программы этого года.
“Добро пожаловать. Как вы сюда попали? Вы нашли лучший винный магазин в Праге. Это мой второй дом. Хочешь попробовать вино?»
Мы с Сандрой кивнули. Милош сказал бармену Роману, что мы хотели бы попробовать.
- Боюсь, он говорит, что у тебя всего полчаса, - сказал Милош. «Они закрываются в шесть».
«Все в порядке», - сказал я ему. «Скажи ему, что мы быстро».
Четыре часа спустя мы все еще сидели в баре, пробуя каждое разливное вино. Роман тоже начал открывать бутылки с полок, и в итоге мы все перешли на пиво. Я подружился с женщиной по имени Ана. Милош перевел. Хоть я и не мог поговорить с ней напрямую, я чувствовал гармонию женской дружбы через звон бокалов, смех над бессловесными шутками. Роман познакомил нас со своим сыном, пригласил вернуться еще раз. «Для меня большая честь видеть вас здесь», - сказал он через Милоша. Мы сфотографировались рука об руку, все обнялись на прощание.
«Вы нашли душу города», - сказал Милош. «Вы настоящие пражане».