Есть ли итальянский подход к жизни? Можем ли мы все чему-то научиться у итальянцев? Десять вопросов Беппе Северньини от Энтони Шугара
Италия часто вызывает в американцах уникальную смесь притяжения и недоумения, умеренного неодобрения и невероятного очарования.
От любви итальянцев к поэзии до врожденного стремления к общению и региональных различий между севером и югом.
Беппе Северньини, посвятивший свою карьеру тщательному наблюдению за своими соотечественниками, отправляется в увлекательное путешествие по выявлению основной итальянской идентичности и изучению того, как эта идентичность изменилась после глобальной пандемии.
Рассказанный с теплотой и юмором давнего друга, Северньини затрагивает вопросы терпения, выносливости и мудрости и предлагает единственный в своем роде набор вневременных уроков преодоления испытаний по-итальянски.
В вдумчивом, интимном и часто с юмором взгляде на основные итальянские ценности, поддерживаемые и переоцененные перед лицом глобальной пандемии, Беппе Северньини предлагает восхитительную серию уроков о том, как справляться с трудностями и жить с радостью.
В вдумчивом, интимном и часто с юмором взгляде на основные итальянские ценности, поддерживаемые и переоцененные перед лицом глобальной пандемии, Беппе Северньини предлагает восхитительную серию уроков о том, как справляться с трудностями и жить с радостью.
Поиск книг Беппе Севергнини на Amazon
Десять вопросов: интервью с Беппе Северньини
Энтони Шугаар перевел две книги Беппе Северньини. Он писатель и переводчик, американский редактор журнала FMR. Он живет в Сан-Диего. Ниже его интервью с Беппе Северньини.
Много лет назад друг-итальянец, работавший в IBM Italia, сказал мне, что американцы преуспевают в крупных корпоративных системах с четкими правилами и предсказуемыми результатами, в то время как итальянцы лучше подходят для многонациональных компаний, где непредсказуемость - это порядок вещей. день. Короче говоря, итальянцы лучше всего проявляют себя в чистом хаосе, где абстрактные правила бесполезны, и вы должны иметь дело с грубой реальностью в ее самых сложных проявлениях. Вам это кажется точным?
В этом есть доля правды. Но новые итальянцы - итальянцы, которые могут чему-то научить мир - умеют совмещать и то, и другое. Они понимают, как работать в «больших корпоративных системах с четкими правилами», а также знают, как справляться с непредсказуемостью.
Эта интуиция и способность быстро думать в сочетании с надежностью и точностью делают нас сильными (я не стал говорить: непобедимы). Интуиция и быстрота сами по себе пугают неитальянцев. И я могу понять.
В какой-то момент вы говорите о Марии Монтессори. Итальянские образовательные системы варьируются от очень абстрактных - философия в средней школе, Данте в средней школе, латынь и греческий язык в качестве обычной платы за проезд - до системы Монтессори, которая так глубоко укоренилась в непосредственном и творческом..
Я ходил в дошкольное учреждение Монтессори, и это было прекрасное обучение самостоятельности, общительности и самодисциплине. {Хорошо??} Я думаю, это мне очень помогло.
В моей итальянской «классической» средней школе я изучал латынь и древнегреческий язык, которые являются основными инструментами для обучения мышлению. Бетонные детали? {Le nozioni?} Время для этого позже.
В «Христос остановился в Эболи» Карло Леви писал об удивительной светскости даже крестьян Южной Италии. Можете ли вы обратиться к интернационализации итальянской культуры, противоречивой сложной структуре местнического и традиционного с далеко идущим космополитизмом, обнаруживаемым даже на самых низких уровнях общества.
«Италия - страна человеческой природы», - писал почти сто лет назад один американский путешественник. Кажется, я знаю, что он имел в виду. В Италии дух и дела часто идут рука об руку: результаты могут быть прекрасными (фильмы Федерико Феллини) или катастрофическими (фашизм).
Меня поразила ваша статья о том, как итальянцы «видят вас», в то время как другие культуры просто смотрят на вас. Я полюбил Италию и итальянский стиль с тех пор, как едва вышел из подросткового возраста, и инстинктивно это кажется очень верным. Можете ли вы рассказать об итальянском способе видеть ясными глазами, не «сквозь темное стекло», а скорее о том, что Роберт Уоршоу назвал «непосредственным опытом»?
Мы, итальянцы, видим наших собратьев - мы не ограничиваемся только их взглядом - по многим причинам. Любопытство, потребность собирать интуитивные элементы, сострадание - щедрость и склонность к театральности (эти две вещи часто идут рука об руку). Также стремление к соблазнению (личному или сексуальному, первое встречается чаще и менее чревато осложнениями, чем второе)
Ваши первые 5 причин противоречивы, даже парадоксальны. Вместо того, чтобы терять хладнокровие, итальянцы обретают силу; уязвимость против стойкости; серьезный, но не желающий признавать это; непредсказуемый, но не ненадежный; галантный, но не очень хорошо себя вел. Откуда эта непредсказуемость итальянского характера? Не потому ли, что итальянцы - более древняя культура, которая выделила определенные наивные правила, и поэтому они кажутся необычными в мире менее «непосредственных» культур?
Мы, итальянцы, противоречивы по многим причинам. Самая главная причина - историческая: нас столько раз захватывали, и у нас было столько хозяев, что мы любим смущать тех, кто нас осуждает. Это форма самообороны. И это наш национальный вид спорта, даже больше, чем футбол, где у нас есть свои взлеты и падения (чемпионы Европы в 2021 году, но не смогли даже пройти квалификацию на ЧМ-2022 - так типично!)
Вы исследуете различия между разными частями страны, которая едва ли составляет две трети от размера штата, в котором я живу, Калифорнии. Север и Юг, Милан, Рим и Сардиния. И все же в Италии тысячи лет цивилизации; как могли бы пошутить и Оскар Уайльд, и Ганди, Калифорния надеется вскоре получить цивилизацию. Не могли бы вы рассказать о глубине итальянской поляризации? Кажется, что в этой гористой, красивой, очень узкой стране, окруженной голубой водой, есть уменьшенная модель гораздо большего мира.
Хорошо это или плохо, но южные итальянцы - итальянцы в квадрате: более жизнерадостные, более интуитивные, возможно, более умные, чем мы, северные итальянцы; но часто проницательнее и непредсказуемее. Тем не менее Италия существует как страна: дело в общих знаменателях. Я нашел пятьдесят из них - «Пятьдесят вещей, которые мы знаем о жизни сейчас» - и выбрал среди положительных. Не заблуждайтесь: Италия существует, и итальянцы существуют.
Они живут в Палермо и Турине, Риме и Венеции, Милане и Сардинии. Но кому-то легче понять, кто приехал из Осло (Норвегия), Осаки (Япония) или округа Ориндж (Калифорния), чем нам в Италии. Прогуливаясь между деревьями, вы можете не заметить лес: вы заметите только различия между стволами деревьев.
Люди с удивлением узнают, что широта Неаполя и Нью-Йорка находится на 40 градусах северной широты, почти на одинаковом расстоянии от экватора. Более того, странное написание неаполитанского указывает на происхождение его названия: Неаполис, древнегреческое означает «Новый город». В этих сходствах скрыт тот факт, что Неаполь был частью Великой Греции, столицы на берегу моря, основанной предприимчивыми моряками, исследующими запад, как и Нью-Йорк. Потерпите меня: я слышал, как люди называют Италию и Нью-Йорк местами, которые когда-то были футуристическими. Не могли бы вы исследовать это сочетание очень старого и очень нового в наших двух культурах?
Италия, и Нью-Йорк имеют смелую культуру - говоря в социальном, предпринимательском, культурном плане - граничащую с высокомерием. Возможно, не случайно итальянцы чувствовали себя как дома в Нью-Йорке в двадцатом веке и позже.
Я писал о Берлускони, когда впервые работал журналистом в Италии, освещая рекламу и СМИ. Примерно в то же время я помню, как читал о начале культа славы Трампа, но он длился гораздо дольше, чем канонические пятнадцать минут. Не могли бы вы рассказать о сходстве между этими двумя маловероятными фигурами? Долгое время единственными сопоставимыми фигурами были Берлускони и Трамп - теперь кажется, что каждая страна получает свою вариацию на тему.
Сходство между Дональдом Трампом и Сильвио Берлускони поразительно, и многие его заметили. Оба громкие, тщеславные, нахальные бизнесмены, политики-любители и профессиональные бабники. У обоих сложные отношения со своим эго, волосами и налоговыми органами. Оба думают, что Бог - их публицист, и искажают религию в своих целях.
Но разница есть. Сильвио Берлускони был главой правительства Италии дольше всех со времен Второй мировой войны (из этого мало что вышло, если не считать тревожной дружбы с Владимиром Путиным). Но он верил в Европейский союз и Атлантический альянс (НАТО). Я никогда за него не голосовал, но он принял правила демократии (ну, большинство из них). США были его источником вдохновения (телевидение, реклама, даже политический подход). Дональда Трампа обвиняют в попытке подорвать американскую демократию. Продолжить?
Италия также была первой страной или, возможно, первой полностью западной страной, которая пострадала от Covid. Было ли что-то особенное в новаторской реакции Италии? Послужил ли он образцом для других стран? Были ли люди, которые пели на балконах, первой нотой надежды, за которой лишь через год последовала вакцина?
Пятьдесят причин быть итальянцами - или уроки, если хотите - не являются поспешным упрощением. Они представляют собой столпы, на которых держится само наше сосуществование, фундамент, на котором мы построили важное прошлое и на котором мы можем попытаться построить лучшее будущее. Эти столбы продолжали выдерживать штормы и даже выдержали торнадо Covid: и они спасли нас.
Они включают в себя хорошую национальную систему здравоохранения. Хорошо проверенные семейные отношения, функциональные социальные структуры, конфигурация наших городов, лежащие в их основе щедрость, сочувствие, воображение и отсутствие покорности: Италия за свою столетнюю и тысячелетнюю историю повидала слишком много вещей, чтобы поднять белый флаг перед ней. перед лицом эпидемии.
Даже та забота, которую мы уделяем своему дому, которая иногда может показаться навязчивой, стала приятным и полезным отвлечением. Наша любовь к кулинарии - а почему бы и нет? наша любовь к вину оказалась благословением. Два хороших приема пищи в день - это бальзам для души и тела.
Можем ли мы действительно чему-то научиться у Италии?
Вы должны. И мы должны учиться у вас. Так мы все становимся лучше.
Беппе Северньини - известный обозреватель и редактор крупнейшей в Италии ежедневной газеты Corriere della Sera. Давний итальянский корреспондент The Economist и частый автор The New York Times, он путешествовал по всему миру.
Среди его книг - бестселлер New York Times La Bella Figura: Полевое руководство по итальянскому разуму, Off the Rails: a Train Trip Through Life и международный бестселлер Ciao, America!: An Italian Discovers the U. S. Он живет со своей семьей за пределами Милана.
«Благодаря беспрецедентной проницательности и блестящему остроумию книга Беппе Северньини переносит нас не только в Италию, но и вглубь итальянского разума и духа». - Стэнли Туччи, телеведущий программы «В поисках Италии» на CNN.
Купить уроки итальянского на Amazon